Шестнадцать? Кто был тот психолог, который сотню лет назад провозгласил, что юноши и девушки не взрослеют без серьезных жизненных невзгод?

- Не хочешь подняться ко мне в дом? - спросил я у Ариэль.

Она быстро покачала головой, но потом замерла. А я продолжал:

- Думаю, они отослали тело Тарка назад, в Манилу.

- У него не было семьи, - ответила она. - Его должны были похоронить здесь, в море.

- Я не знал…

Осколки грубого вулканического стекла лежали по всему пляжу. Они были различной формы и все матовые…

- Ты… ты сильно любила Тарка? Мне казалось, вы созданы друг для друга.

- Да. Он был ужасно милым… - Потом Ариэль поняла, что я имел в виду, и вздрогнула всем телом. - Нет, - поправилась она. - Нет. Мне больше нравился Джонни… помнишь, мальчик из Калифорнии? Он был среди охотников в прошлую ночь. Мы с ним оба из Лос-Анджелеса, но встретились только здесь. А теперь… его тело тоже отослали родным.

Девушка закрыла глаза.

- Извини.

Вот так! Я оказался черствым калекой, надругавшимся над чувствами девушки. Если бы вы оказались на моем месте и, как я, взглянули бы на себя в зеркало, вам бы тоже не понравилось то, что вы увидели.

- Извини, Ариэль. Она открыла глаза.

- Давай поднимемся ко мне. Ты поешь авокадо. У меня они есть, а в супермаркете нет. Только на базаре. Они лучше калифорнийских.

Ариэль огляделась с отрешенным видом.

- Никто из амфибий не ходит туда. Обидно, потому что скоро рынок закроют, и тогда авокадо подорожают… Растительное масло и виноград - все, что стоит там покупать, кроме авокадо. - Я снова повернулся к скалам. - А может, чашечку чая?

- Ладно. - Ариэль попыталась изобразить улыбку. Я знал, как плохо сейчас бедному ребенку. - Спасибо… Но я все равно ненадолго.

Мы стали подниматься на скалы, к моему дому. Когда мы добрались до заднего дворика, Ариэль остановилась и обернулась: