- Тарк думает о рыбаках. Больше силовых линий - меньше рыбы. Он хороший человек.

Я в удивлении поднял брови. Ну уж левую точно… И попытался вспомнить, что маленькая ундина говорила мне сегодня утром о Тарке. А вспоминать-то особо было нечего.

- Пусть ему повезет больше, чем мне, - сказал я.

- Интересно, а что ты думаешь о молодом человеке, решившем спуститься в пасть Разлома?

На мгновение я задумался.

- Я его ненавижу.

Джуао удивленно взглянул на меня.

- Он - мое отражение. Когда-то я был таким же. - Я замолчал, а потом продолжил: - Завидую… У него есть шанс, который я упустил… Надеюсь, он совершит задуманное.

Джуао пожал плечами,. дернувшись всем телом. Характерный жест рыбаков. Когда-то и я мог так делать.

- Не знаю, как у них пойдут дела, но, судя по всему, они серьезно взялись за дело…

- Море… Оно всех рассудит, - пробормотал я.

- Да, - кивнул Джуао.

Позади по бетону зашлепали сандалии. Я повернулся как раз вовремя, чтобы подхватить здоровой рукой свою крестницу. Мой крестный сын ухватился за мою парализованную руку и повис на ней.

- Дядюшка Кэйл!..

- Дядюшка Кэйл, что ты нам принес?

- Вы сейчас повалите его! - прикрикнул на детей Джуао. - Ну-ка отпустите!

Видит Бог, они и внимания не обратили на слова своего папочки.

- Что ты нам принес?

- Что ты нам принес, дядюшка Кэйл?

- Если отпустите меня, я вам покажу.

Они отступили. Зеленоглазые. Дрожащие от предвкушения. Я украдкой взглянул на Джуао: карие зрачки на белках слоновой кости. В правом глазу лопнул сосудик… Он любил своих детей. Но скоро они станут ему чужими, как рыбы, которых он ловил. Видя, в какую ужасную тварь превратился я, он, бедняга, наверное, пытается представить, во что превратятся его дети.