Малыша, не привыкшего обуздывать свои желания, тяготила роль няньки. Ему не терпелось снова почувствовать себя свободным, как морская волна.

И он помчался вперед, словно задался целью обогнать самого себя. Море было спокойное и прозрачное, как небо. Казалось, нет вокруг него ни пространства, ни времени. Хотелось плыть, плыть - до бесконечности.

Однако он скоро утомился и, раскинув руки, замер на поверхности. Под ним лениво колыхался целый "сад" актиний - розовых, оранжевых, желтых, лиловых... Малыш отлично знал этих прекрасных прожорливых хищниц. Поймав маленького рачка, он бросил его на лепестки-шупальца нежно-розовой актинии. "Цветок" мгновенно выбросил целый сноп длинных волосков-жал. Рачок обмяк и исчез. Лепестки сомкнулись.

- Ах ты обжора! - усмехнулся Малыш и пнул ногой коварную хищницу.

Та сжалась, втянула в себя щупальца, будто их и не было вовсе. Теперь она походила на обыкновенный валун, покрытый слизью.

Потеряв к ней интерес, Малыш стал следить за морской звездой, усердно перебирающей сотнями ножек, чтобы перетащить свое пятиконечное тело с одного камня на другой. Мелкие рыбешки крутились поблизости. Они то назойливо лезли в лицо, то в ленивой неподвижности повисали в воде. Малыш был сыт и потому не обращал на них внимания.

Вдруг искристый хоровод рыбок пугливо метнулся в сторону. Замерла на месте неповоротливая морская звезда. Малыш почуял опасность. Он высунул голову из воды и огляделся.

Невдалеке от него на волнах покачивался незнакомый предмет. Малыш, как и его сотоварищи дельфины, был любопытен. Он подплыл ближе. Такие штуки не раз попадались ему на морском дне, Главный называл их "лодками". Но те, покрытые водорослями и моллюсками, неподвижно лежали в иле, а в этой сидели два существа, с такими же руками и ногами, как у него самого. Прежде ему никогда не доводилось встречаться с себе подобными. Существа переговаривались. Чтобы лучше слышать, Малыш подплыл еще ближе. Ему показалось, что двое в лодке говорили об улове.