— Как ты их раздобыл?

— Инвестиции. — Первичный хитро ухмыльнулся.

— Украл?

Первичный покачал головой.

— А хоть бы и украл. Полиция все равно искала бы их в другом мире.

Джону с трудом удалось подавить накативший на него страх. У Первичного его внешность, его отпечатки пальцев, его голос. Вдруг ему взбредет в голову ограбить банк или убить кого-нибудь? А отвечать придется Джону. Все свидетельства будут против него. Ни единого шанса оправдаться!

Но неужели Первичный способен на такое? Он называл его братом. В некотором роде они и были братьями-близнецами. И он собирался отдать прибор Джону, фактически привязывая себя к этой вселенной. Пожалуй, ему можно верить.

— На все про все двадцать четыре часа, — продолжал Первичный. — Развеешься, забудешь на время о Теде Карсоне и его мамаше.

Что и говорить, предложение было очень заманчивым.

— Хорошо. Завтра ты с моим отцом собираешь яблоки. Если он ничего не заподозрит, я, возможно, соглашусь.

— Ты не пожалеешь, Джон.

— Только обещай мне ничего тут не натворить!

Первичный кивнул.

— Это не в моих интересах, Джон.

Первичный дрых на чердаке. Джон ткнул его в бедро.

Мгновенно проснувшись, тот схватился за грудь, словно от боли в сердце. Нет, сообразил Джон, там под одеждой пристегнут прибор.

— Черт, так рано, — возмутился Первичный.

— Смотри при отце не чертыхайся.

— Ладно, не буду. — Первичный встал и потянулся. — Яблоки, значит? Давненько я их не собирал.

— Вряд ли так уж давно. Сколько? Год? Быстро вспомнишь.

— Ага.

Первичный выглянул из маленького оконца. На улице тарахтел трактор — отец выезжал в сад.

— Как у тебя с отцом? Есть проблемы?

Джон снял куртку и отдал Первичному, получив взамен безрукавку; покачал головой.