— Вот и у нас тоже приплод! — ввернул Степанов. — На каждой ихней бабе целая гроздь висит!

— Вот пока висит — давай десять человек. И без разговоров, мне еще три заставы обзвонить надо.

Полковник повесил трубку и отхлебнул из бокала. Про три заставы он соврал, чтобы отвязаться, на самом деле Степанов был последним в списке. Жарко, скучно… Знатный все же напиток фермеры гонят, даром что сиволапые. В жару куда лучше водки, особенно, если фермерский самогон охладить.

— Марья! Спустись в погреб, принеси еще.

— К тебе тут пришли, — жена сунула в комнату вечно насупленное лицо. — Фермеры, трое, во дворе уже. А ты все пьешь!

— Замолчи! — полковник встал, нацепил шашку.

— А они и рады!

— Замолчи, говорю!

— Сами тебе возят, а ты и…

— Ну! — казак замахнулся на жену, и она наконец исчезла.

Он расчесал перед зеркалом редкие седые волосы, потом вышел к гостям. Фермеры в дома заходить не любили, предпочитали беседовать на крыльце.

— С чем пожаловали?

Двое в одинаковых синих комбинезонах переглянулись. Еще один фермер, видимо, оставался в кабине грузовика.

— Атаман, твои казаки дел натворили.

— Я пока не атаман, а полковник. А что там за дела, мне не ведомо.

— Ах, не ведомо? — тут же вскипел второй, прежде незнакомый полковнику. — Девчонки с реки домой шли, а твои бандиты…

— Убили кого? — громко перебил его казак, разглядывая далекие, очень редкие облачка.

— Если б убили, другой был бы разговор, — инициативу перехватил первый фермер, по фамилии Сергеев. — Но дел натворили! Кто отвечать будет?

— Кто натворил, тот пусть и отвечает. Так? А кто натворил — мне неведомо.

— Вот ты как… — недобро ухмыльнулся Сергеев. — Значит, комбайн на уборку — дай, а отвечать за своих казаков — так тебе неведомо?