Запас высоты катастрофически таял. Времени на раздумье не оставалось.

Евгений задернул на груди «молнию» и нажал кнопку катапультирования. Толчок… Рев ветра в ушах… Алый купол парашюта, закрывший полнеба… И стропы, натянутые, как струны…

Монолет разваливался в воздухе. Когда инженер был в десятке метров от земли, от аппарата оторвался нижний несущий диск. Бешено вращаясь, он пробил парашютный купол.

Очнулся Евгений под вечер. Саднило левое плечо, в горле пересохло. Инженер поднялся на локтях, огляделся. Неподалеку лежали жалкие остатки монолета. Почва на месте падения аппарата была изрыта. У ног Евгения валялся такой ненужный сейчас акваланг. Инженер перевел взгляд на руки: они были черны от земли и запекшихся ссадин. Он попытался подняться и едва не вскрикнул от боли. Тогда Евгений уткнулся лицом в дурманно пахнущую полынь, закрыл глаза и принялся думать. Вокруг на сотни километров расстилается ровная, как стол, заповедная степь. Рация разбилась вдребезги, и вызывать помощь нельзя. Питание? Евгений пощупал правый карман. Там, как он и ожидал, оказался аварийный пакет, рассчитанный на двое суток.

– Не густо, – произнес инженер. Он раскрыл глаза и присвистнул от удивления: прямо над ним высился жилистый куст какого-то незнакомого растения.

Евгений готов был поклясться, что две минуты назад этого куста здесь и в помине не было.

Преодолевая боль, инженер с трудом поднялся. «Нельзя терять времени, – сказал он себе. – Буду двигаться по прямой, по солнцу. Авось кто-нибудь заметит сверху».

Едва он сделал несколько шагов, упругие ветки преградили дорогу. Еще шаг, и присоски впились в комбинезон. Инженеру показалось, что он сходит с ума. Одна из веток, изгибаясь, опутала ноги Евгения, другая накрепко обхватила туловище. Наконец, третья протянулась к горлу… Он инстинктивно пригнулся, пытаясь увернуться от противника. Ветка качнулась вслед за ним, словно живая. Тогда Евгений схватил ее правой рукой, которая оставалась еще свободной. Миг – и руку тоже опутал неумолимый враг.