Я испугалась.

– Успокойтесь, Марина, прошу вас! Возьмите себя в руки. Кто он? Я ничего не понимаю!

– Он… Сволочь он, вот кто!

Марина выплеснула себе всю оставшуюся в бутылке водку и залпом выпила. Я покачала головой. Нельзя же так, в самом деле!

– Что у вас случилось, может, расскажете?

– Да что рассказывать? Все ясно! Убьют меня скоро! – и плечи Марины затряслись.

– Ох, да что вы такое говорите? Вам нужно прийти в себя, успокоиться, вы просто устали. Хотите, я научу вас, как проводить аутотренинг?

– Хочу! – подняла Марина зареванное лицо. – Только мне не аутотренинг нужен, он мне не поможет. А вот не могла бы ты… ну, научить, как мне поступить, чтобы ничего не случилось? Я тебе заплачу, не сомневайся! Это уж я так, а деньги-то у меня есть, не думай!

Так-так. Расслабилась, на ты перешла. Вот и про денежки вспомнила. Значит, не так уж и бедствуешь ты, девочка. А то – работа плохая! Все вы ее ругаете, жалуетесь, а только добровольно что-то никто не ушел! И вот ведь женская натура – ревет-ревет, а похвастаться не забывает, что деньги водятся.

– Но для того, чтобы вам помочь, мне нужно знать всю ситуацию, – сказала я.

– Я расскажу. Все расскажу. Только не сейчас, потом. Слушай, давай завтра, а? Я быстро смену сдам и освобожусь. И сама к тебе приеду или ты ко мне заезжай. Как тебе удобнее? Слушай, подай-ка мне сигареты, вон там, в олимпийке, в кармане.

Я полезла в синюю олимпийку, висевшую за моей спиной, достала пачку сигарет и протянула Марине. Она долго пыталась прикурить дрожащими руками, ломала спички одну за другой. Наконец, ей это удалось, и она жадно затянулась.

– Чо, пусто, что ли? – взяла на в руки бутылку из-под водки. – Сиди, я щас сгоняю! – Она поднялась, но вдруг покачнулась и плюхнулась обратно на полку, ухватившись рукой за край столика. – Твою мать! – выругалась она.