Только вот начальство никак не хочет смириться с подобным положением вещей. Ну это понятно, на то оно и начальство: не терпит, чтобы кому-то было хорошо. Поэтому женщин с тряпками постоянно гоняют, а бедных проводников нещадно воспитывают. Чаще материально.

Вот за таких калымщиков и приняла нас проводница Рая.

– Нет-нет, – поспешила я ее разуверить. – Мы совсем по другому поводу. Понимаете, нам нужно знать, не видели ли вы у себя в вагоне одного человека? Он должен был приехать на этом поезде.

Павел вытащил фотографию и протянул Рае, тыкая указательным пальцем в Витю.

– Не знаю я ничего, – сразу же ответила Рая.

– Да вы только посмотрите, – настаивал Павел.

– Нечего мне смотреть. Не знаю я его. В моем вагоне его точно не было.

Но все-таки она была в первую очередь женщина, а только во вторую проводница, потому что все же не удержалась от вопроса:

– А чего, пропал муж, что ль? Загулял поди?

Нет уж, слава богу, от мужа, который мог так загулять, я вовремя избавилась. Я имею в виду Жору Овсянникова, за которого меня угораздило выйти замуж… сколько же лет назад? Если мне сейчас двадцать девять, то прошло уже… не буду говорить, сколько. От этого кажусь себе старше.

– Да нет, просто знакомый.

– Ну, может, другим поездом приедет. Чего раньше времени волноваться?

Мы покивали ради приличия головами и пошли в следующий вагон. Там тоже нам сказали, что Витю Антипова в глаза не видели.

Мы обошли весь состав, но результат оказался нулевым. Похоже, Виктор никуда не уехал. А завис где-то там, в туманной дали. Где ж его искать?