— Здесь товар, здесь…

Хаджа подошел к старенькому «Ниссану», открыл багажник, наполненный пакетами с белым порошком, на каждом из которых стояло «фирменное» клеймо подпольной лаборатории. Судя по цвету и упаковкам, порошок был очень высокого качества. И цена сносная — сорок тысяч долларов за килограмм. В розницу такое добро не продают, его сначала порядком разбавляют мелом или тальком, а потом уже отправляют на улицу. Пятьдесят килограммов чистого героина можно увеличить в массе до полутонны, разбить на пять миллионов доз… Жаль, что за последние годы цены на героин упали в разы. Если раньше за «уличный» грамм можно было взять сто пятьдесят — двести баксов, то сейчас хорошо, если за тысячу рублей продашь. Слишком уж много товара из Афганистана в Москву идет — большая конкуренция, демпинг и прочее… Но, как бы то ни было, уличным торговцам вполне по силам превратить пятьдесят килограммов белого порошка в двадцать миллионов долларов.

— Хороший товар, «три девятки», «Слеза Аллаха», — широко улыбнулся Хаджа.

— Хорошо, если так…

Для порядка Марат проткнул кончиком ножа один пакет, взял на палец крошечное количество порошка, сунул его в рот. Нёбо и десны онемели в момент. Но это еще не показатель высокого качества. Ясно, что в пакетах героин, а реальную степень очистки выявят потом, в лаборатории. Если, конечно, товар дойдет до нее…

— Не бойся, у нас без обмана, — мотнул головой Хаджа. — Через два месяца еще партия придет. Если понравится, возьмете…

— Думаю, что понравится, — кивнул Марат.

Он распорядился подогнать к «Ниссану» свою машину. В ангаре действительно было холодно, и все же он вспотел, пока товар взвешивали и перекладывали в багажник его машины. Только тогда он передал Хадже пластиковый чемоданчик, доверху набитый деньгами.

— Считай.

Но не успел таджик открыть кейс, как вдруг распахнулась дверь, и ангар стремительно заполнился вооруженными людьми в масках и бронежилетах. Это был милицейский спецназ.