Конечно, подобные выражения старательно удалялись цензурой из посланий домой. Станция считалась военным аванпостом Евросоюза, и на Земле о ней не было известно почти ничего, только местоположение: где-то за орбитой Нептуна. Дональд Макинтайр, служивший в армии второй год в качестве мобилизованного капеллана, до сих пор не пережил потрясения, оказавшись здесь, как, впрочем, и прихожане, обнаружившие его присутствие. Назначение сюда Дональда было совершенной случайностью, выбором из длинного списка религий, признаваемых Актом Веротерпимости ЕС, тем самым, который запретил сайентологию, Униатскую церковь, вахабитскую секту и в результате случайной ошибки при переводе Унитарный Универсализм. Но для священника шотландской церкви такой вещи, как случайность, просто не существовало.

Он был послан сюда с определенной целью.

- Человек в черном воображает, будто сам Бог поручил ему миссию, - заметил Касим.

- Что? - рассеянно спросила майор Бернштейн, поднимая голову от своего интерфейса.

- Вот, - коротко бросил Касим, медленно выпуская из пальцев файловую папку.

- Что это?

- Его личные заметки.

Майор нахмурилась. Она не любила Касима. И не одобряла шпионства за воинским составом.

- По-вашему, я должна это читать? - спросила она.

- Прошлой ночью в баре Дональд нес что-то бессмысленное.

- В этом случае, помоги нам Господь, - бросила майор. Касим выжидательно молчал.

- Ладно, - сказала Бернштейн.

Она пролистала заметки и вернулась к первому параграфу, подчеркнутому Касимом.

- «Худшее вначале», - прочитала она вслух. - «Неопределимые враги. Никакого связного общения (худший случай: попробовать экзорцизм?). Далее: колониальные организмы. Микоидальные. Теоретические переводы. Молекулярная грамматика. Поставить под сомнение их концепцию индивидуальности.