Кто, кто... Пан Миколай, ясное дело, сосед мой, что живет напротив! За кем наблюдать? Да за всеми, кто тут крутится на площадке, кто звонит ему, когда его нет дома, вообще за всем. Ну, я и наблюдала. Раз какие-то типы пришли и отверткой в его двери ковыряться начали, так я их шуганула. Нет, это еще в прошлом году было. Сегодня? Как же, и сегодня приходили. С час назад, ну, может, с полтора, появилась тут эта лахудра. Я ее сразу узнала! Явилась не запылилась, вспомнила о пане Миколае через три года!

Лахудра очень заинтересовала капитана Фрельковича, и он попросил рассказать о ней подробней.

- Да жила она с ним три года назад! - с ненавистью, сквозь стиснутые зубы произнесла соседка покойника. - Приходила сюда к нему. Редко правда, чаще он к ней ходил. "Жена", - говорил мне, а какая она там жена! Багажная квитанция вместо штампа в паспорте. Да вот уже как три года не видать тут было этой холеры, и слава Богу, а сегодня - нате вам, объявилась! В зеленом ортальоновом плаще. Он ей открыл, она вошла, побыла немного и отчалила. А уж летела, будто волки за ней гнались! Я в окно поглядела, так она к своей машине чуть ли не бегом бежала. И умчалась.

- А какая у нее машина?

- Не знаю, в машинах я не разбираюсь. Нет, не "фиат", не "полонез" и не "мерседес", эти я отличу, а , вот за другие не поручусь. Да старая такая машина, поношенная. Я так понимаю - пан Миколай эту стерву бросил, вот она ему и отомстила, пришила беднягу. Как пить дать, она пришила!

- Фамилию ее знаете?

- Нет, пан Миколай мне не говорил. И имени тоже.

- А как она выглядит?

- Ну чистая выдра, страх один. Патлы торчат... Что какие? Патлы какие? Да такие, светлые. Ну да, блондинка. Нет, не крашеная. Да уж можете мне поверить, я в этом разбираюсь получше некоторых полицейских чинов! А что еще сказать? Нет, не толстая, скорее тощая. И вовсе не молодая, только строит из себя девочку, а самой никак не