Рассказ Степана Никифоровича был очень похож на то, что рассказывал час назад Саша. Только дело происходило не в комнате, а на дворе животноводческой фермы. Старый Кустов работал на этой ферме, и в его обязанности входило выпускать по утрам единственного в колхозе быка-производителя во двор "размять ноги". Так поступил он и сегодня. Открыв стойло, вывел быка. И вдруг у самой двери во двор бык заупрямился и не захотел выходить, тогда как обычно выбегал весьма охотно. Степан Никифорович, удивленный таким поведением быка, слегка хлопнул его рукой по крупу, но бык пятился назад, и тогда старик, рассердившись, схватил стоявшую у двери метлу и сильно ударил упрямца.

- Вот тут и случилось это, товарищ начальник, - сказал Степан Никифорович. - Он, бык, значит, кинулся вперед - и только миновал порог, как исчез, ну словно провалился сквозь землю. Вышел я, огляделся, а его и след простыл. Во всем дворе никого и ничего. Я один! Ворота как были закрыты, так и стояли нетронутые. Не мог же бык перескочить через забор. Он высокий, метра на два, недавно построенный. Раньше на нашей ферме забора не было. Я туда-сюда, нет быка, да и только. Ну, пошел я к председателю. Вместе поискали, потом другие подошли. Можно сказать, обнюхали всю деревню. Пропал бык! Тогда председатель и говорит: "Сейчас машина пойдет в город. Поезжай, Степан Никифорович, и расскажи кому следует". - "Суббота, - отвечаю я, - нет никого, однако". - "Ничего, в милиции работают". Ну вот я и приехал. А вы уже и сами все знаете.

- То есть как это мы все знаем? - удивился Кузьминых. - Мы понятия не имели о том, что этот бык вашего колхоза.

- Да вот он, - Степан Никифорович указал на вспыхнувшего Сашу. - Внук мой, значит. Он сказал, что вы, однако, все уже знаете. И что все это...

- Постой! - перебил старика Саша, испугавшись, что его разговорчивый дед вспомнит и выложит старшему лейтенанту не слишком удачную шутку его, Саши, насчет "распоряжения свыше". - Постой! Я, товарищ старший лейтенант, просто угадал...