Но старшему лейтенанту не пришлось придумывать предлог для своего звонка или передавать трубку Саше. Едва только он сказал: "Говорят из н...ской милиции" - чей-то голос на том конце провода радостно воскликнул: "Вот хорошо, а мы только что собрались звонить вам!" А дальше ошеломленный старший лейтенант услышал такое, что в первое мгновение усомнился - уж не спит ли он? Не прерывая собеседника, он слушал минуты три, потом спросил только: "В каком состоянии?" - и, получив ответ, положил трубку. Ни слова не говоря Саше, вопросительно смотревшему на него, Кузьминых позвонил и приказал вошедшему сержанту:

- Машину к подъезду!

Сержант ответил "Есть!" и вышел. Кузьминых нервно (его руки дрожали) переставил зачем-то чернильный прибор, сильно потер пальцами виски, повернулся к Саше и не менее минуты смотрел на него, словно впервые видел.

- Она там? - спросил Саша.

- Послушай! - Старший лейтенант снова потер виски, хотя голова у него и не болела. - Что это означает, однако? Ты что, и в самом деле ясновидящий? Ну с чего ты взял, что Анечка в деревне Фокино, а не на станции Озерная?

Саша поморщился при слове "ясновидящий". Еще прилипнет к нему это прозвище, потом не отделаешься!

- Все очень просто, - сказал он. - Просто и не требует никакого ясновидения. Я подумал, что если мог вернуться бык ("Откуда вернуться?" снова мелькнула все та же мысль), то почему должна пропасть бесследно девочка? Не логичнее ли предположить, что и она вернулась? ("Вот привязалось слово!") А если так, то где она может оказаться? По аналогии в пятнадцати километрах от города, то есть от места исчезновения, но в другую сторону, вернее в ту же сторону, если продолжать аналогию с быком. А там как раз расположено Фокино, на одной линии, если провести ее от колхоза через город. Через город. Вот и все! А как она, Анечка? Появилась, как бык, в доме?