- Вольно!
Перед ужином Кол объявил порядок караулов. Новый отряд заступал на службу с восходом.
За столом Райк оказался вместе с Колом и остальными капитанами. На стене над ними еще недавно висело боевое знамя Атора. От главного стола отходили еще три, образуя как бы трезубец. За ними сидели воины. В крови бродило веселье победы. Кол предупредил войско о будущих ограничениях в рационе. Сегодня же он позволял солдатам, так отличившимся при штурме, попировать всласть. Поварят шатало от тяжести подносов. Свиные окорока, козлятина, две овцы, зажаренные целиком, сыры, колбасы и вина низвергались на стол. Пили за здоровье Кола и командиров, пили друг за друга, поминали павших. О двух сотнях Атора, лежавших под стеной, речи не было.
Райк не пил.
Остальные капитаны поглядывали на него: Опран-украдкой, старый Гам, глава всадников и конюший,-приветливо, Хельд-угрюмо и недоверчиво. Кол, если и видел это, предпочитал молчать. По стенам зала висели трофеи, добытые в боях с Анхардом: копья, топоры, дротики, мечи и доспехи в серебре и золоте; взятые у одних разбойников, теперь они достались другим. Трофеи частью потемнели и потускнели от времени.
Райк вспомнил набег, в котором Атор Торнорский уложил главаря нападавших. В то лето Райку исполнилось восемнадцать. Тогда, девять лет назад, ему достался анхардский кинжал. Он убил одного из грабителей и забрал его оружие. С тех пор кинжал неотлучно находился за правым голенищем.
Старинные гобелены в зале изображали сцены постройки замка. На них трудились каменщики, плотники и каменотесы. Землекопы рыли яму под фундамент, камни от каменоломни сплавлялись плотами по Руриану... Райк разглядывал выцветшие картинки, лишь бы не видеть торжества южан. В зале сделалось жарко и дымно. Подносы опустели. Под крики солдат поднялся Кол и потребовал молчания.