– Отчего же? Не вижу причины, почему бы и нет. Просто мне захотелось организовать праздник в саду – праздник на открытом воздухе, точнее говоря.

– Дело не в названии, – резко ответил Хэнсон. – Не говоря уже о прочих причинах… – он глазами показал на небо, – факт остается фактом: ты – служащий Совета.

Сунув руки в карманы брюк, Рентелл покачивался на стуле.

– Ну и что, это еще не дает Совету права вмешиваться в мою личную жизнь. Кажется, они подзабыли, что и условия моего контракта исключают любое подобное вмешательство. Так что если Совету не нравятся какие-то мои действия, то он в силах применить единственную санкцию – увольнение.

– Они так и поступят, Чарлз, не считай себя незаменимым.

Рентелл спокойно ответил:

– Что ж, пусть увольняют – если только смогут найти мне замену, в чем я, честно говоря, сомневаюсь. До сих пор они, как видно, считали возможным поступаться своими моральными принципами и меня не трогали.

– Чарлз, сейчас совсем иная ситуация. До недавнего времени всем было наплевать на твою личную жизнь, но подобный праздник – дело общественное, а потому находится в компетенции Совета.

Рентелл зевнул:

– Разговоры о Совете меня утомили. Праздник – частная инициатива, вход только по именным приглашениям. У Совета нет права требовать, чтобы с ним консультировались в таких вопросах. На случай возможного нарушения общественного порядка будет приглашен начальник полиции. Так из-за чего шум? Я просто хочу немного развлечь людей.

Хэнсон покачал головой:

– Чарлз, не делай вид, будто не понимаешь, о чем я. По словам Бордмена, праздник будет проводиться на открытом воздухе – прямо под двумя сторожевыми башнями. Ты что, не понимаешь, какие последствия это может иметь?

– Разумеется, понимаю, – произнес Рентелл отчетливо. – Абсолютно никаких.