«Норма Джин... ты должна знать... я очень люблю тебя, но я не твоя родная мама...»

Отличный подарок на день рождения крохи.

Нет, Ида не была жестокой. Просто всегда старалась называть вещи своими именами. И никогда не позволяла обращаться к себе «мама», никогда!

Задуть все огоньки на пироге от волнения не получается.

И это только начало.

У Нормы Джин не получается слишком многое: не заливаться слезами от осознания того, что родная мать – сумасшедшая, а отец и вовсе неизвестен

Малышка Норма Джин хочет всего и сразу – новых платьев, конфет, покататься на аттракционах, сходить в кино.

Почему появляются именно такие желания – понять сложно. Может, это привет от родной мамочки, которая в промежутках между лечением ни в чем себе не отказывала? По крайней мере, у Болендеров научиться ничему подобному было невозможно.

«Я никогда не стану пить вино и курить и всю жизнь буду молиться Господу Богу нашему», – повторяют все дети Иды Болендер с самого раннего утра. И это только первая молитва, а всего их – три, перед каждой трапезой. В этой семье принято ходить в церковь, а не в кино. Здесь в почете готовка благотворительных обедов, но не развлечения.

Однако и христианское терпение имеет пределы. Или просто вся набожность Иды на самом деле была лицемерием?

В этом мире никто не говорит правды! И все врут! Действительность ускользает, рассыпается. Хочется найти хоть какую-нибудь точку опоры. Но ее нет, падение в пропасть бесконечно.

Нет-нет, никто и не думает отклоняться от темы.

Это и есть мысли маленькой Нормы Джин.

Ей не повезло, да.

Просто дико не повезло.

Она никогда не видела своего отца.

Она не чувствовала материнской любви и заботы.

И с ранних лет познала предательство...

После того как злобный сосед разрубил щеночка Типпи надвое мотыгой, Норме Джин хочется только одного: плакать, плакать, плакать.