– Спасибо, – кивнула она. – Еще одна претензия к Индиане Джонсу – моя куртка в машине осталась.

– Я все-таки думаю, что это не он, – сказал Никита. – По лесу трудно ходить бесшумно. Мы бы его услышали.

– Согласен, – поддержал Женька. – Да еще по лесу ночному и с тяжеленным рюкзаком за плечами. Хотя, если он Индиана Джонс, то все возможно.

Они засмеялись.

Грузовик, не снижая скорости, вошел в поворот, и свет фар выхватил на пару секунд из ночной тьмы пустырь и какую-то свалку на другой стороне шоссе.

– Это еще что такое? – удивился Никита.

– Что? – не понял Женька.

– Да вон, свалку только что проехали, сразу за поворотом. Не должно тут, по идее, никакой свалки быть.

Женька с Машей посмотрели назад.

– Не вижу уже, – сказал Женька. – А что там должно быть?

– Заправка лукойловская. Я на ней заправляюсь время от времени. Точнее, заправлялся, пока машину не продал. Что за чертовщина…

– Ты уверен? – спросила Маша.

– Абсолютно.

– Я не помню заправки, – сказала Маша. – Ты, наверное, перепутал. Не бывает так, чтобы позавчера заправка, а сегодня уже свалка.

– У нас в России все бывает, – философски заметил Женька. – Но, скорее всего, ты, Никита, и в самом деле что-то напутал.

– Ребята, – сказал Никита. – Я по этой дороге с детства езжу. А эта заправка тут уже лет семь как стоит. На память, слава богу, не жалуюсь.

– А раньше на месте заправки что было, – поинтересовался Женька, – если на память не жалуешься?

Никита наморщил лоб, вспоминая.

– Раньше… – пробормотал он. – Так… Блин! Свалка! Свалка там была, не поверите.

– Разыгрываешь, – сказала Маша. – Или просто не помнишь, а теперь выкручиваешься.

– Разыгрываю, значит?

– Ага, – сказала Маша. – Пудришь нам мозги. Правда, Жень?