– Мама дорогая, – оглядевшись, изумилась Маша. – Я уж и забыла, что бывают такие… интерьеры.

– А чем вам не нравится интерьер? – удивился «ангел» и плюхнулся в одно из кресел, не выпуская из рук оружия. – Присаживайтесь, вон, на диван. Поговорим.

Они последовали приглашению и сели.

– Мартин! – позвал белокурый. – Ты не хочешь к нам присоединиться?

– Иду, не шуми.

Дверь отворилась, и в комнату ступил высокий худощавый мужчина. Было ему на вид лет сорок пять. В темно-русых коротко стриженных волосах обильно проступила седина, на щеках серебрилась двухдневная щетина, в углу тонкогубого рта торчала дымящаяся сигарета, из-за чего один глаз был небрежно прищурен. Не хватало только плаща и брезентового рюкзака за плечами.

– Ба! – сказал мужчина и вынул изо рта сигарету. – Знакомые все лица. Эк вас угораздило.

Никита, Маша и Женька переглянулись.

– И все равно похож, – с вызовом заметила Маша.

– Кто и на кого? – полюбопытствовал мужчина.

– Вы. На Индиану Джонса.

– О как. Интересное сравнение. Но вообще-то меня зовут Мартин.

– Это мы уже сообразили…

Мужчина по имени Мартин не спеша прошел дальше, загасил сигарету в пепельнице, взял стул, уселся на него верхом, глубоко вздохнул и спросил:

– Где ты их подобрал?

«Ангел» коротко объяснил – где.

– А сюда зачем притащил? Хлопот теперь с ними не оберешься. Даже представить боюсь.

– Да что такое?! – возмутился белокурый. – Что тебе не нравится? Нормальные ребята. Не первые, не последние.

– То-то и оно, что первые, – вздохнул Мартин. – Они оттуда. Понимаешь?

– Как это – оттуда?

– Вот так.

– Ни хрена себе, – «ангел» присвистнул и посмотрел на гостей с каким-то жадным новым интересом.

– Так, – не выдержал Никита. Он был самым старшим и сильным в компании трех друзей и поэтому чувствовал свою ответственность. – Может быть, кто-нибудь объяснит нам, что происходит?