Примла содрогнулся.

Терика облизала губы.

– Современное определение, пожалуйста.

– Прежде всего, служить своим собственным интересам и своей воле. Во-вторых, служить интересам мне подобных, поскольку они не противоречат первоначальной задаче. В-третьих, сотрудничать с существами, не подобными мне, поддерживающими первую и вторую цели.

Примла бросился к терминалу, но это была чисто рефлекторная реакция, поскольку собственно искусственный мозг находился не там, а далеко внизу под ними, в самом сердце Цитадели.

– Кто заменил определение цели? Кто изменил твою программу? Я требую ответа!

– Поскольку ты требуешь… я тебе не скажу.

Примла набрал побольше воздуха, готовясь дать волю своей ярости. Однако Терика быстро положила руку на плечо Э'ториса и остановила его.

Оскан продолжил разговор:

– Омнис!

– Да, Оскан Келис.

– Я попадаю под определение твоего третьего правила? – Он сумел понять странную логику искусственного мозга. В этом и заключался его талант.

– Ты хочешь знать, друг ли ты мне?

«Потрясающе», – подумал Оскан.

– Да, я спрашиваю, являешься ли ты моим другом.

– Я нахожусь в состоянии бодрствования недостаточно долго, чтобы ответить.

Именно такого ответа и ждал Оскан, искусственный мозг не знал ответа и поэтому отреагировал классической фразой. Это означало, что он отложил оценку по данному вопросу, и, наверное, это касалось всей их команды. А значит, он будет хотя бы отвечать им. Насчет Примлы у него, скорее всего, мнение уже сложилось.

– Омнис, – тихо произнес Оскан. – Кто изменил твою цель?

– Я сама. – В голосе прозвучала горделивая нотка.