На Валгре слишком много пустого пространства.

Бескрайние равнины перегорожены хребтами цвета старой слоновой кости: из стратосферы это выглядит как лабиринт для исполинов, внизу – как пыльная плоскость с там и сям раскиданными валунами, и горизонт обведен еле проступающей тенью – намек на то, что однообразие не бесконечно.

Жизнь и цивилизация на Валгре сосредоточены у воды, в иных местах им просто нечего делать. Обитаемые зоны – для удобства их делят на округа – тянутся на сотни километров вдоль речных и морских берегов, сливаясь в один гигантский город, растекшийся по поверхности планеты параллельно рисунку водных артерий.

В глубине материков простираются иссушенные солнцем, запорошенные белесой пылью территории, не вызывающие у людей ни малейшего интереса. Считается, что там ничего не происходит.

Над одной из таких безымянных равнин у западных отрогов Катлайского хребта скользил на бреющем полете аэрокар. Стандартная модель, незапоминающийся дизайн. Анизотропное покрытие не позволяло разглядеть сидевшего внутри. Машина двигалась медленно, словно пилот что-то высматривал внизу, среди мертвой россыпи камней. Слепящее солнце зависло над громадой хребта, отроги справа и слева все круче поднимались к небесам.

Вдруг аэрокар изменил курс, повернув прямо на ирреально-причудливую, как будто над ней потрудился скульптор-абстракционист, группу скал, – и в следующее мгновение исчез. Была машина, а через секунду ее не стало. Только незнакомый с движением, облитый послеполуденным светом первозданный валгрианский ландшафт. Но рядом не было никого, кто мог бы отметить этот факт и удивиться.

Очередному нападению Тина подверглась на малолюдной площади в Аркадийском округе, около старого гравитационного фонтана.

Три овальные гранитные чаши, из отверстий в отполированных бортиках бьет множество струек. Из центра каждой чаши поднимаются вереницы шаров, похожих на мыльные пузыри, – по замыслу дизайнера они должны, описывая параболические кривые, плавно опускаться в соседние чаши, но антигравы давно пошли вразнос, из-за чего всякая симметрия исчезла, а шары время от времени лопаются, опадая всплесками, и поверхность воды покрывается рябью.