– Цыц, дура! – заорал Клим и, подскочив к женщине, отвесил две хлесткие пощечины.

Кинувшегося на защиту женщины парня в шортах и ковбойке Клим ударил ладонью в солнечное сплетение, отбросив в сторону двери.

– Кто сунется к моему другу, буду убивать, – спокойным тоном пообещал Клим, молниеносно ударив ногой в голову толстяка, с явно враждебными намерениями приближавшегося справа.

Толстяк отлетел в толпу и без сознания свалился на пол.

– Он один, а нас много, со всеми ему не справиться, – попробовал разжечь страсти очкарик из второго ряда, не делая, однако, попыток протиснуться в первый ряд.

Резкий удар ребром ладони по шее – и девушка с надписью «Лола» на блузке, протиснувшись вперед, подошла к стоящему настороже Климу.

Голова очкарика сразу пропала из виду.

Толпа стала успокаиваться, и у Клима немного отлегло от души. Убивать этих несчастных людей у него не было никакого желания, но и дать себя изувечить тоже не входило в его планы.

– Вы сами по себе, а мы без вас как-нибудь обойдемся! – заметил, с трудом вставая и присоединяясь к девушке и Климу, Виктор.

Дверь каюты приоткрылась на ладонь, и в нее просунулся медный наконечник пожарного шланга.

– Будете орать, окачу водой. Часа за три остынете! – пообещал голос за дверью.

Толпа разом притихла.

– Можно, я посижу с вами? В толпе мужики начали под юбку лазать. Вы хоть на людей похожи.

– Спасибо на добром слове, – склонил голову Виктор, с интересом рассматривая стоящую перед ним девушку.

Стоявшая рядом чуть выше среднего роста девушка с небольшими остроконечными грудками, соски которых угадывались за тонкой тканью, вызывала у Клима совсем не отеческие чувства. Виктор, похоже, испытывал что-то подобное.