— Кристоф Ла Платьер, к услугам, — минуту спустя появился требуемый управляющий. Этот как раз выглядел настоящим банкиром: седой, статный, держится уверенно. — Разрешите пригласить вас в мой кабинет, придется подняться на лифте. Вы желаете разговаривать… Э-э… Все вместе?

— Да, втроем, — кивнул Иван. — У нас общий бизнес, господин Ла Платьер.

— Как будет угодно, мсье.

Охраны в коридорах банка не заметно — во-первых, за любыми передвижениями следит система видеонаблюдения, во-вторых пора отвыкать от представлений о финансовых учреждениях, сложившихся благодаря вестернам и гангстерским фильмам прошлого: здесь не найдешь набитых банкнотами и слитками сейфов, деньги в нынешние цивилизованные времена виртуальны, а ваш депозит выглядит набором комбинаций в двоичном коде, хранящимся на сервере банка.

Сразу видно, Кристоф Ла Платьер — не последний человек в предприятии семьи Реканати: «Швейцарский Кредит» учреждение на сто процентов частное. Кабинет, при всей его огромности, величественно-строгий, отделка в серо-стальных и голубоватых тонах, мягкое освещение, современная мебель. И, безусловно, самая продвинутая техника…

Против ожиданий Славика непременный кофе не предложили, мсье Ла Платьер сразу перешел к делу. Обращался исключительно к Ивану — понял, кто в компании главный.

— …По условиям соглашения, вы обязаны представить мне четыре заранее оговоренных предмета, материальных доказательства, способных вас идентифицировать, — управляющий пробежался пальцами по клавиатуре, взглянул на монитор и только головой покачал. — Тем более, что последнее личное обращение владельца счета в наш банк состоялось в июне тысяча девятьсот четырнадцатого года, в последующее время мы работали исключительно по заранее представленной вашим предшественником инвестиционной программе… Итак, мсье?

«Ничего себе, — потрясенно подумал Славик, худо-бедно разбиравший французскую речь. — Почти девяносто шесть лет прошло! И что значит «заранее представленная инвестиционная программа?»