Сергей добрался наконец до здания и вошел в чернеющий провал подъезда. Быстро поднял с глазниц маски «фильтры»: чтобы беречь зрение от палящего солнца, он приспособил двойные стекла поляризационных и ультрафиолетовых фильтров для фотооптики, которыми как-то давно разжился в одном из разрушенных магазинов.

Скинув армейский рюкзак, он отстегнул закрепленный лямками на ноге тяжелый разводной ключ и стал ждать. Тварь доползла до дома и просунула в подъезд голову. Пришлось как следует дать по ней инструментом. Существо хрипнуло и распласталось на входе. Из его пробитого черепа потекла бурая масса.

— Дура упрямая. Я ведь тебя предупреждал: ничего хорошего не будет, — проворчал Сергей и, вскинув рюкзак, двинулся по лестнице наверх.

Осыпавшаяся штукатурка. Исцарапанные стены. Причем вот тут, кажется, следы больших когтей. Что за существо тут скреблось? Сергей поднимался все выше и выше. Лучше переждать день на верхних этажах. Меньше вероятность, что поднимется какая-нибудь тварь, с которой отношения придется выяснять разводным ключом.

На площадке четвертого этажа, в углу, прислонившись спиной к ветхой до дыр трубе мусоропровода, кто-то сидел. Бум остановился, машинально протянув руку к кобуре с пистолетом. Похоже, мертвец. В боевой экипировке и шлеме типа «сфера» с опущенным забралом. Сергей осторожно приблизился к покойнику, разглядывая армированное обмундирование. Оно как-то странно обвисло. Казалось, что внутри нет тела. Сталкер осторожно приподнял забрало концом разводного ключа и тут же отпрянул, увидев за ним кишащий белыми червями человеческий череп. Похоже, что под этой одеждой только скелет и остался.

— Ну, звиняй, дружище. Не до тебя сейчас. Скоро сам тут присяду навечно, ежели с тобой лясы точить буду, — проворчал Сергей, двигаясь на следующий этаж. — И так на улице уже совсем светло.

Бум поднялся на пять ступенек, как вдруг услышал какой-то странный вой.