Опустившись перед ней на колени, он накрыл ладонью ее глаза, собираясь, как это положено по обычаю, закрыть их. Его рука ощутила влагу — дождь прекратился, но лицо женщины успело намокнуть до этого, — и легкое тепло уходившей жизни. А потом случилось что-то, чего он так и не смог потом понять. В несколько секунд тело женщины, такое реальное и почти еще живое, превратилось в прах, исчезло, рассыпалось. Просто — его не стало, а рука водителя так и зависла в воздухе на месте уже несуществующего тела. Сначала он оцепенел, потом его бросило в жар, лицо сразу раскалилось, и уже после этого пришел страх — панический, липкий, звериный. Водитель вскочил — ему показалось, что рука, которой он закрывал глаза женщины, стала противно скользкой. Он судорожно тряс ею, потом стал вытирать о влажную траву и только через несколько минут остановился, стараясь взять себя в руки, осознал происшедшее и дико, по-звериному, заорал.

Следователь взглянул в окно: ветер раскачивал ночной фонарь, едва рассеивающий тьму, вздохнул — когда-то еще попадешь домой? — и еще раз попытался сосредоточиться на деле за номером 81. Больше всего его злило, что происшествие — банальная авария, — произошло на границе его участка. Еще пару метров — и уже другой следователь ломал бы голову над странным и труднообъяснимым случаем. Виновник аварии, после того, как его удалось привести с помощью транквилизаторов в подобие нормального состояния, утверждал, что сбил женщину, видел ее труп, который испарился прямо на его глазах. Трупа на месте аварии обнаружено не было. Хотя странная субстанция биологического происхождения — на месте, указанном водителем, присутствовала.