Повинуясь голосу, который шел из невидимых в темноте динамиков, я сел в кресло возле стола и приготовился выводить местных шарлатанов на чистую воду. Я думал, что придется вращать тарелочку или делать какие-нибудь пассы, или произносить заклинание, но все оказалось проще и прозаичнее. Кто-то сел в кресло рядом со мной, и глубокий голос сказал: - Послушай, Иона, почему ты не вернул мне десять шекелей? Я всегда думал, что ты честный человек... Я едва не подскочил: в соседнем кресле сидел, глядя на меня исподлобья, Осип Маркиш, мой школьный приятель, погибший много лет назад. Ему не повезло: переходя улицу Алленби в Тель-Авиве, он угодил под трак совершавшего вынужденную посадку стратоплана. - Э-э... - сказал я и протянул руку, чтобы пощупать этого невесть откуда взявшегося призрака. - Должен сказать, что для мертвеца ты неплохо выглядишь. Более банальную фразу трудно было придумать, и Осип поморщился. Между тем моя рука легко прошла сквозь его грудную клетку, и я ощутил пальцами кожу обивки. "Голограмма", - решил я и поискал глазами проектор. Не найдя ничего похожего ни в столешнице, ни в спинках ближайших кресел, я сложил руки на груди и заявил: - Послушай, Осип, если ты начнешь уверять, что действительно явился с того света, я тебе все равно не поверю. - А как насчет долга? - продолжал настырный Осип. - Пожалуйста, - я пожал плечами, - но как я тебе отдам злосчастные десять шекелей, если ты, как я уже убедился, не обладаешь материальным телом? - Глупости, - рассердился Осип. - Мы, призраки, не менее материальны, чем вы, живущие. Все зависит от точки отсчета, и уж ты бы мог об этом догадаться. - Да? - пробормотал я. По сути, это был вызов моей интуиции и мыслительным способностям. - Не хочешь ли ты сказать, что, уходя в мир иной, человек просто перемещается в другую систему координат? - Глупости, - повторил Осип. - Никакого иного мира не существует. Просто, когда умирает тело, происходит смещение физической оболочки на один квант времени в прошлое или будущее.