Но однажды после особенно бурной ночи я вылез на подоконник подышать утренним воздухом, насыщенным парами ртути и висмута (в дверь я выйти не мог, потому что одна из пяти ног моей приятельницы загораживала проход). Неожиданно прямо передо мной материализовался в воздухе тщедушный гражданин неопределенного возраста, по виду явно житель Земли. Гражданин был, мягко говоря, не одет, и потому я не смог по покрою его костюма определить сразу, из какой эпохи он явился. Понятное дело, я мысленно вздрогнул, но заставил себя не пошевелить ни единым мускулом. - Ну? - сказал я через минуту, поскольку призрак и не думал первым начинать знакомство. - Долго будем в молчанку играть? - Иона Шекет, - сказал мужчина писклявым голосом, полностью соответствовашим его фигуре, - предсказываю тебе, что жизнь твоя в ближайшие дни будет... Что я должен был сделать в сложившихся обстоятельствах? Понятно, что появление незванного пророка было провокацией экзаменационной комиссии. Судите сами. Если бы он предсказал мне провал на экзамене, я бы из кожи вон вылез, чтобы получить высший балл. Если бы он предсказал мне победу, я наверняка перестал бы занимать свой ум упражнениями (уж я-то знаю свою натуру!), и тогда непременно провалил бы любой экзамен. В обоих случаях пророчество не могло бы сбыться. И экзаменаторы, ясное дело, хотели видеть, как я выпутаюсь из этой противоречивой ситуации. Я сделал ровно то же, что делал всегда, когда мне докучали незваные гости: сказал "Сегодня меня нет дома", сполз с подоконника, закрыл обе рамы и позвонил портье. - Господин хороший, - сказал я ему, - у вас там на уровне десятого этажа висит неопознанный летающий объект. Либо я собью господина Адольфа Гитлера ракетоиглой, либо вы его уберете сами, поскольку этот объект мешает мне заниматься любовью. Призрак за окном покачал головой, сплюнул с досады и, естественно, исчез.