- Вы меня не поняли. Во-первых, лунная кола - высшего качества. Во-вторых, вы не можете жаловаться в комиссию по правам потребителя, поскольку мы с вами потребителями еще не стали, ибо не потребили ни глотка. И не потребим, я вам это гарантирую. Официант! - крикнул я. - Унесите эту гадость! Что мы заказывали, а? У робота оказался гнусный голос джазовой певицы Беатрис Маркус такой же высокий и фальшивый: - Вы... заказывать... кока-кола... - Он еще и незаряжен, - сказал я с отвращением. - У вас в буфете кнессета просто отвратительное обслуживание. - Такая традиция, - безнадежно вставил депутут. - Послушай, любезный, - обратился я к роботу. - Мы действительно заказывали кока-колу. А вовсе не лунную колу, которую ты нам притащил. Забирай обратно и неси то, что заказано. - Слушаться, - прогнусавил робот и ретировался, унося обе бутылки. - Если лунная кола хороша, - брюзгливо сказал депутат Кореш, - почему бы нам ее не выпить? Сейчас нам придется ждать еще полчаса, не меньше! - Ох, - вздохнул я, - просто с этой торговой маркой у меня связана очень неприятная история... - Расскажите, прошу вас, - сказал депутат, сложив руки на животе. - Меня еще не было на свете, когда американцы пустили на Луне завод по производству прохладительных напитков, - начал я свой рассказ. Оказывается, на глубине километра под станцией "Клинтон" (Клинтон, господин депутат, был американским президентом в конце прошлого века) нашли ископаемую жидкость - нечто среднее между нефтью, водой и раствором мышьяка в аммиаке. И ученым удалось доказать, что после трех последовательных ректификаций... Или четырех? Впрочем, это неважно. Коротко говоря, если эту гадость нужным образом переработать, получается замечательный тонизирующий напиток - достаточно одной рюмки, и вы ощущаете такую бодрость, что в течение нескольких суток можете не спать, а в течение месяца - не испытывать жажды, в том числе, кстати, и плотской.