Почти десять лет я проработал сотрудником Агентурного отдела службы внешней разведки разведывательного управления министерства обороны Соединенных Штатов Израиля, и скажу прямо: за все это время не видел никого, к кому мог бы обратиться со словом «коллега». Задания мне давал вечно мрачный майор Лившиц, отчитывался я тоже только перед этим человеком, который, по-моему, несмотря на еврейскую фамилию, был выходцем с Бургаша-9 — только там я встречал представителей рода хомо сапиенс, способных взглядом буравить дырки в стенах.

Впервые я столкнулся с этим феноменом, когда во время инструктажа майор Лившиц получил в мозг сообщение о гибели на Шмарзе-17 полевого агента. То есть, о том, что сообщение было именно таким, я узнал впоследствии, прочитав газету. А тогда, стоя навытяжку перед майором, я испытал настоящий шок.

— Итак, Шекет, — говорил майор, — вы должны будете активизировать не только временную фузмирданию, но…

И тут он неожиданно застыл, прислушиваясь к чему-то внутри себя, а потом в глазах у него появился зеленый огонь, брови мрачно сдвинулись на переносице, и в противоположной стене кабинета возникли два небольших отверстия, из которых повалил пар и запахло жженым пневмобетоном. Майор немедленно взял себя в руки, взгляд его потух, лицо разгладилось, хотя присущее ему мрачное выражение, конечно, никуда не делось.

Он подошел к изуродованной им стене, провел ладонью, и оба отверстия на моих глазах затянулись тонкой стерилизующей пленкой.

— Итак, Шекет, — сказал майор, — вы должны будете активизировать…

Да, это был настоящий профессионал, я бы так не смог, хотя на курсах меня, конечно, учили не только приемам рукопашного боя, но и всему другому, что может пригодиться агенту.

Так вот, я ни разу не встретил коллегу-разведчика за десять лет службы в этой почтенной организации. Все сам да сам. К примеру, на Изуддит-83/бис я тоже отправился один, без прикрытия и без возможности обратиться за помощью в иерусалимскую резиденцию.