Полы затрещали. Не закончилось... Какая радость...

Отверстие в полу стало неторопливо разрастаться, куски бетона отламывались и падали на пену и врачей ниже этажом, поднимая фонтанчики пены. Осколки, небольшие, конечно, ПОКА НЕБОЛЬШИЕ, врачам не понравились с самого начала их падения, поэтому они, выискивая среди пены потерявшего сознание главврача, выражались на весьма оригинальной смеси медицинских и бытовых терминов.

- Ух, ты! - восхитились пожарные, уловив некоторые тонкости и навороты бурной речи врачей.

- Ребятки! - подал голос озадаченный профессор. - Не стоит так заслушиваться, а то уши в трубочку свернутся! Принесите лучше лестницу, а то мы попадем к врачам, а они теперь, кроме хирургии, ничего делать не будут. И то, одно начало проведут...

- Что? - не поняли пожарные, обычный текст после той смеси звучал, как иностранный.

- Лестницу сюда! - рявкнул профессор, добавив несколько слов из лексикона врачей. Одно из двух: либо он хорошо запоминает чужие выражения, либо сам когда - то был врачом.

- А-а-а!!! - мигом сообразили пожарные, заулыбались зачем-то и побежали за требуемым предметом.

Я находился к дыре ближе профессора, значит, и падать мне придется гораздо раньше, и, кстати, очень скоро, а ой как не хочется! За что бы такое ухватиться? В кабинете все соприкасается с полом, а скакать от одного предмета к другому, словно обезьяна и думать при этом: успеешь проскочить, или нет, прежде чем предмет упадет на главврача и его команду, никак не тянет. Я посмотрел вверх. Хм. Как же я раньше не подумал? Люстра. Большая и прочная. И я в роли лишнего плафона. Почему бы и нет?

Я присел, подпрыгнул, ухватился за украшения и повис, раскачиваясь из стороны в сторону. Люстра чем-то щелкнула, но выдержала. Зато стол от толчка проломил похудевший пол, рухнул вниз, тяжело плюхнулся, пена взорвалась фонтаном брызг, обдав ко всему прочему и любопытную физиономию, заглянувшую посмотреть, с чего это врачам понадобилось ковыряться в пене, и не помочь ли им в этом странном занятии? Испуганная физиономия с воплями юркнула обратно, зато врачи совершенно озверели, но ничего нового уже не сказали.