— Полагаешь, нас запулило в мир неведомый? — на лице Рипы нет выражения, которое можно было бы истолковать. — Смотри, ивы, вон вяз и клёны. Я не ботаник, но эти деревья часто встречаются. Клёны вообще обычно сажают в лесополосах вдоль железных дорог, поэтому и растут они повсеместно. Однако лиса непуганая, — Славик проследил за её взором. Точно остромордая собачка с пушистым хвостом метрах в двадцати поглядывает в их сторону, что-то выскребая лапой из земли.

Встал. Лиса напряглась, но занятие своё не прервала. Только немного повернулась, так, чтобы удобнее стало задать стрекача.

А солнышко здесь серьёзное. Всего-то прошлись по песочку, а кожа на икрах ног и предплечьях уже полна самых сильных ощущений.

— Ты как, белокожая, легко сгораешь?

— Обычная, как все, легко сгораю и облупляюсь. А на этом солнышке в два счёта обуглюсь, и буду лежать и поскуливать. В общем, если идти, то только короткими перебежками от тени до тени.

Дёрнул травинку. Легко оторвалась у самого корня. Другую. Эта лопнула в месте, за которое ухватился. А вот третья поддаваться не захотела. Пришлось вставать, отламывать от нижних сухих сучьев неназванного Рипой дерева палочку, наматывать на неё верхнюю часть стебля и вырывать из грунта, держа двумя руками, за счёт силы ног. Травина прямая с редкими невыразительными листиками оказалась удивительно прочной.

Вот они то ему и нужны. Технология добычи отработана, за дело!

Вообще-то и трава здесь растёт непривычно. Расстояние от растения до растения примерно на ширину ступни. Каждая травинка — сама по себе. Все отмеченные виды не отличаются мясистостью стебля или листьев, что характерно для мест, где много солнца. Кстати, хорошо, что заросли неплотные, а то недолго и на змею наступить. Вторую отпугнул, топая посильнее. Как в книжках и пишут, они отползают от мест, откуда исходят сотрясения.