- Вель приподнимается, встряхивает головой. - Если бы осталась на Земле, ей было бы уже двадцать два... Все-таки трудно привыкнуть: месяцы в полете - это годы, десятки лет на Земле. Возвращаешься - и ты в будущем... Это легко объяснить языком формул, но так трудно понять, оставаясь наедине с самим собой... Сверстники детских игр состарятся и уйдут, а ты... Выигрыш это или потеря? Твоя жизнь на Земле растягивается на сотни лет, но она словно пунктир; возвращения - как отдельные кадры фильма, не связанные друг с другом. А между ними остановленное время, запечатанное в тесных стенах звездного корабля. Такие планеты, как эта, - редкость... - Вель тихонько вздыхает. - Сколько было высадок... И везде каменистые безвоздушные пустыни с черным небом и яростным сиянием ослепляющих мохнатых солнц. Капитан летает десятки лет, но и для него это лишь четвертая посадка на планете, где можно выходить без скафандра...

Вель не сразу отдает себе отчет, что тихая музыка, звучащая уже несколько минут, ей незнакома.

"Как это мило со стороны Лура: догадался, что я не сплю, и включил какую-то новую ленту. Вероятно, кто-то из старых композиторов?.. А пожалуй, нет... Музыка так необычна, строга и певуча..."

Вель теперь убеждена, что никогда не слышала этих мелодий... А она-то думала, что хорошо знает фильмотеку "Вихря". Несколько мгновений девушка прислушивается.

И все-таки в музыке есть что-то волнующе знакомое, как недавнее воспоминание... Вот этот повторяющийся мотив. О чем он? И вдруг Вель даже вздрагивает от неожиданности: ну конечно, как она сразу не догадалась. Музыка рассказывает о планете - той, за бортом "Вихря"...

Теперь звуки начинают воплощаться в зрительные образы необыкновенной четкости и пластичности: в безграничную даль уплывают цветущие равнины, туда, где голубизна трав сливается с бледно-фиолетовой каймой неба. Светлые облака отбрасывают причудливые тени на зеленовато-лиловую гладь тихих озер.