– Да пребудет Сила со всеми вами – закончил Мейс Винду.

Час спустя, когда небо все еще было черным, а тучи отказывались выпустить дождь, Оби-Ван с Анакином стояли на посадочной площадке. Ферус был уже в крейсере, проверяя все в последний раз. Оби-Ван оставался на Корусканте, чтобы изучить противников Тартури в Сенате. Это было место, с которого он должен был начать, но сама идея не пришлась ему по вкусу.

– Я сожалею, что должен оставить Вас, Учитель, но я знаю, как Вы стремитесь вернуться в Сенат – сказал Анакин. Рот его дергался, так как он старался не улыбнуться.

– Очень забавно – сухо сказал Оби-Ван – Я допускаю, что, мое задание скорее не специфического назначения, но признаю, что оно должно быть сделано.

Анакин вздохнул. – Учить при любой возможности.

– Да – сказал Оби-Ван, наконец улыбнувшись. – Это роль Учителя, мой юный ученик. – Он положил руку на плеч Анакина – Помни, это не твоя одиночная миссия. Ты с приятелем Джедаем. Относись лучше к Ферусу. Попробуй понять его. Это могло бы уменьшить твое раздражение к нему.

– Мое задание скорее не специфического назначения, но я признаю, что оно должно быть сделано – сказал Анакин с невинным лицом.

Оби-Ван засмеялся. Он скучал бы без юмора Анакина. Иногда, он знал, он мог быть слишком серьезен. Он помнил, как Куай-Гон иногда удивлял его на трудной миссии остроумной шуткой.

«Я должен сделать все для Анакина», думал он. «Он настолько одарен, что мне приходиться сильно потрудиться, чтобы его учить». Он тоже должен учиться наслаждаться.

– Подерживай тесный контакт, Анакин – сказал он – Я прибуду на Андару, как только смогу. Да прибудет с тобой Сила.

– Да прибудет с Вами Сила, Учитель – Анакин повернулся и зашагал к крейсеру Республики. Оби-Ван почувствовал порыв сердца, в котором он признал нежелание отпускать Анакина.

Совет полагал, что Анакин был готов к большей независимости, но без сомнений они выбрали Феруса в противовес. Его непоколебимость контролировала бы импульсивность Анакина.