Он видел, что Сири и Ферус так же были удивлены глубокой связью Анакина с Силой. Тем, что он, казалось, знал, что должно было случиться, тем, что он был в состоянии избежать огня прежде, чем тот начинался. Поразила – и взволновала.

Беспокойство обосновалось в костях Оби-Вана, присоединяясь к его разочарованию и гневу, которые он пытался уничтожить в своем сердце. Иметь падавана, столь одаренного, который был способен так ошибаться – это был ему даром, обучать его. И это же было его бремя.

Сначала он даже не мог смотреть на Анакина. Он мог только сконцентрироваться на делах, находящихся под рукой.

Рана Галлион попыталась ускользнуть от него, но движением светового меча он остановил ее. – Как Вы смеете! – закричала она. – Я уверяю Вас, я понятия не имею, что эти отступники делают здесь. Моя служба безопасности сообщила мне, что сюда кто-то проник, и я пришла и увидела сражение. – Она смотрела на тайную команду так, как будто никогда раньше их не видела.

– А зачем Вы послали дроидов атаковать Джедая? – спросила Сири.

– Как нелепо. Я не знала, что здесь был Джедай, – сказала Рана Галион. – Мы послали дроидов, так как это обычная процедура, когда нарушена безопасность.

Девочка по имени Марит подняла свой подбородок и высокомерно уставилась на Рану. – Она лжет, – сказала она. – Обо всем. Я больше не студентка, но я вижу, что получила сегодня свой первый настоящий урок. Предательства – способ галактических действий. – Она посмотрела на Анакина.

Он покачал головой, как будто извиняясь перед ней. – Я верил в то, во что вы верили, – сказал он.

– Тогда ты был так же глуп, как и я, – мягко сказала Марит.

– Вы поверите ее слову больше, чем моему? – раздраженно спросила Рана Галион.

– Это будет решать Сенат, – сказала Сири. – Эти студенты, без сомнения, будут свидетелями. Они уже исключены, поэтому они безусловно будут в нашем распоряжении.