– Ха-ха!

– Или стал жертвой неудачного эксперимента.

– Ты не очень конструктивна.

– А при чем тут конструктивность? – возразила Эсперанса. – Уин мне нравится, ты знаешь. Но этот парень – как там говорят врачи? – абсолютный псих.

– Этот псих однажды спас тебе жизнь, – заметил Майрон.

– Да, но ты помнишь как! – парировала она.

Майрон помнил. Темная аллея. Разрывные пули Уина. Брызги мозга повсюду, как праздничное конфетти. Типичный Уин. Эффективно, но избыточно. Все равно что прихлопнуть муху строительным ядром.

Эсперанса нарушила долгое молчание.

– Я же говорю, – промолвила она. – Псих.

Майрон решил сменить тему:

– Есть сообщения?

– Примерно миллион. Но ничего срочного. А ты ее когда-нибудь видел?

– Кого?

– Мадонну! – фыркнула Эсперанса. – О ком мы говорим? Конечно, мать Уина.

– Один раз, – ответил Майрон, припоминая, как это было.

Десять лет назад он и с Уином обедали в «Мэрионе». Уин тогда с ней не говорил. Зато она разговаривала с ним. Воспоминание заставило Майрона поежиться.

– Ты уже сообщил Уину? – поинтересовалась Эсперанса.

– Нет. Может, посоветуешь как?

Она задумалась.

– Лучше по телефону. С безопасного расстояния.

Глава 3

Понемногу стало что-то проясняться.

Майрон сидел в гостиной вместе с Линдой, когда позвонила Эсперанса. Баки поехал обратно в «Мэрион», чтобы привезти Джека.

– Паренек обналичил банковскую карточку вчера вечером, в шесть восемнадцать, – сообщила Эсперанса. – Он взял сто восемьдесят долларов. Это произошло в филиале «Первого филадельфийского банка» на Портер-стрит, в южной части города.

– Спасибо.

Информацию подобного рода получить нетрудно. Любой, кто знает номер счета, может позвонить в банк и узнать все, что надо, притворившись его владельцем.