- Да, эти затты жуткие обжоры, да и летают низко. Наверно, оттого, что много жрут.
- Да уж... Но, по-моему, это все-таки торф, а?
- Конечно.
- Замечательно. Значит, с упаковкой проблем будет поменьше.
- Что еще за "упаковка"?
- Это когда что-нибудь кладут в ящик, чтобы куда-нибудь забрать.
- Вроде переезда?
- Ну да.
- И что ты собираешься паковать?
- Тебя, Глыба.
- Но я не из породы голи перекатной...
- Послушай, Глыба, мой дядюшка собирает камни, понял? Ваш род единственные разумные минералы во всей галактике. А ты - самый крупный образец из всех обнаруженных мною. Поедешь со мной?
- Да, но я не хочу.
- Почему? Будешь богом его коллекции камней. Так сказать, одноглазым королем в государстве слепых, если мне позволительно осмелиться на такую рискованную метафору...
- Пожалуйста, не делай этого, что бы оно ни значило. Звучит ужасно неприятно. Скажи, как твой дядя узнал о нас?
- Один из моих друзей прочел о вас в старом бортовом журнале. Он коллекционирует старые космические бортовые журналы, и ему попался журнал капитана Фейерхилла, который прилетел сюда несколько веков назад и имел продолжительные беседы с местным населением.
- А-а, старая вонючка Фейерхилл! Как он там поживает, пьянь такая? Передай ему от меня привет...
- Он умер.
- Чего?
- Умер. Капут. Отправился в мир иной. Расщепился.
- О, господи! Когда это случилось? Бьюсь об заклад, что в эстетическом отношении это происшествие было чрезвычайной важ...
- Ничего не могу сказать. Но я передал всю информацию дядюшке, и он решил включить тебя в коллекцию. Вот почему я здесь - это он меня послал.
- Я очень польщен, но, честное слово, не могу составить тебе компанию. Расщепление на носу...
- Знаю, я все прочел в журнале Фейерхилла. А перед тем как передать его дяде, все эти страницы про расщепление вырвал. Мне хочется, чтобы он был неподалеку, когда ты будешь это делать. Тут-то я и унаследую все его денежки. Не удалось поучиться в Космической Академии - хоть душу отведу. Для начала стану алкоголиком, потом пойду по бабам... или нет, сделаю еще похлеще...