– Но опасности нет… Эта атака не представляет угрозы для станции…

– Лейтенант! Это приказ. Немедленно активируйте процесс уничтожения.

Смит подошел к стоящей в углу консоли и приложил ладонь к сенсорной панели. Консоль мгновенно ожила. Начался анализ ДНК для определения уровня доступа. Лейтенант вернулся к пульту управления. Теперь ему предстояло ввести код доступа: сто один символ по памяти, с первой попытки. Любой из дежурных офицеров – разбудили его среди ночи, или он смертельно ранен – обязан справиться с этой процедурой. Регулярно, раз в месяц и всегда неожиданно, они проходили эту проверку. Наконец рубку осветили оранжевые вспышки. Код доступа принят. Одновременно с этим раскрылась консоль. Лейтенанту предстояло извлечь из своих штатных мест Навигационную карту, блок определения «свой-чужой», коды передачи сообщений и вспомогательный винчестер, содержащий секретную информацию. Все это надо было вставить в специальные ячейки, и – снова за пульт, чтобы ввести команду на уничтожение. Консоль закрылась. К желтому миганию добавилось красное. Процесс уничтожения Пакета начался. Стратег вздохнул с облегчением. Все это время он продолжал следить за тем, как корабли неприятеля бестолково пытались атаковать «Пионер-4». Ответным огнем станция уже уничтожила больше половины нападавших.

– Приказ выполнен. Процесс уничтожения активирован, – доложил лейтенант. У него еще немного дрожали руки от напряжения.

– Налейте себе что-нибудь выпить, – попытался успокоить его Стратег.

– Я на боевом дежурстве, – с трудом скрывая удивление, запротестовал Смит.

– Налейте, налейте.

Лейтенант взял бутылку виски. Налил себе двойную порцию, выпил залпом.

– Наша станция успешно отражает атаку неприятеля… – Он вопросительно посмотрел на Стратега.

– Эту атаку – да. Но подумайте, Смит, эти корабли недостаточно велики, чтобы долететь сюда самостоятельно. Ближайшая звездная система слишком далеко. А кто уничтожил корабли охранения? Не эти же…