В спальне — овальное настенное зеркало, старое, с осыпающейся амальгамой. Посмотрел на свою настороженную и удивлённую морду лица. Из спальни вход в санузел типа сортир, ничего себе, какие блага тут есть! Это что-то позднее, модернизация на колхозном уровне. Дырка в полу неизвестно куда, таз, да большой медный кувшин с водой.

Противоположная дверь заперта. Вот и пусть заперта, успеется.

Рядом с дверью по обе стороны выстроились два огромных комода, из ящиков торчат ключики. Подошел, повыдернул все подряд. В одном из верхних нашлись связки свечей, перетянутых бечевой, много, в другом навалом лежали несколько латунных или бронзовых подсвечников. В нижнем ящике левого комода — большая связка бородчатых ключей покрупнее, на всех бирки с номерами. Остальные ящики пусты. Зарядил два подсвечника, поставил на стол, стало посветлей.

На дальней стене красовалось большое окно ячеистого типа. На ум пришло слово "витраж", но цветных стекол не было, рядовые, прозрачные, хоть и маленькие. У окна стоял тот самый стол-переросток, по обе стороны подоткнутый стульями. Сбоку уже родная кушетка. На полу ковер восточных кровей. Тоже старый, но чистый. Вообще, пыли в помещении не заметно, как и запаха затхлости. Как и жизни, впрочем. В чем тут тонкость? Попытался определить главное несоответствие покоев с реальной средой обитания и быстро понял, что мне бросается, точнее, не бросается в глаза — маленькая, даже аскетическая деталировка всего зала.

Нет должных мелочей. Барахла нету. Нет вазочек и книг, платочков и полотенец, кружек и чашек. Ничего нигде не валяется. Ни бумажки, ни тряпицы. Не обжито гнездышко.