Жаль, фонарика нет, но зачем он нужен в тундре полярным летом? Красная газовая зажигалка. Барган, он же варган. Это такой маленький музыкальный инструмент из металла, его в зубах зажимают, все слышали столь примечательный звенящий звук. Огниво старинное в мешочке с трутом и кремнем из куска пирита, в Новорыбном выменял, для коллекции. Маленький бутылёк с репудином, знающие люди ещё из старых запасов пользуют, экономно. В сумке — тканевый мешок, в нём хранится моя курительная трубка и воровской такой кисет с "табаком", дикая смесь молдавского самосада и австрийского ароматического, очень забористая и насыщающая. Более трёх раз в день я не курю, но при выходе в тундру, по долгим и не очень делам, всегда беру с собой, иначе потери неизбежны, мужики могут и отсыпать, у них сигареты на исходе. Из трёх наших активных куряк двое бросают, сами просили, мол, не буди, Федя, лихо, не вводи людей в блуд.

   Патронташ на месте, восемь патронов 12-го калибра в одном магазине, дробь-"тройка". А вот "Сайга" исчезла в неизвестном направлении. Для начала я ружьё и поискал, как же без ружья. Стараясь не отвлекаться на преждевременное разглядывание избы, я тщательно обыскал всё в радиусе десяти метров перед собой, не больше. Без всякого напряжения представил себе, как некий писатель-фантаст, — чисто живорез по виду — гипертрофированно огромный, со свирепым, небритым и усталым от недосыпу лицом, держит меня, маленького, за шкирку, над тёмным и страшным лесом. Ещё и рукой покачивает, автор, мать его... — вверх-вниз, вверх-вниз, отчего я, как на резинке, прыгаю в воздухе детской игрушкой. Так вот от чего у меня голова кружится!

   Потом бездушно отпускает, я — шмяк, на землю, прямо на поляну возле избы в центре.