– Понимаю, – побледнел праведник. – Сатану, Зверя и Антихриста, согласно твоему «Откровению», судят на Страшном Суде самыми первыми. И если их не окажется на скамье подсудимых, то весь Суд, а тем паче и Апокалипсис со всеми знамениями, автоматически считается недействительным.
Апостол кивнул. Обычно добрый и робкий, он теперь напоминал Ною строгого следователя на допросе в гестапо. Разряды из небесных молний периодически трещали у него в ресницах, выдавая крайне нервное раздражение.
– Ты уверен, что ангел Иезекиль сказал тебе всю правду?
– Как Бог свят, – залпом, словно водку, выпил горячий чай Ной. – Я ему и так, и эдак... сын мой, говорю, Господь милостив, а добровольное признание облегчает вину. Поедешь представителем в Антарктиду на пару тысяч лет. А чего, и там ангелы живут. Скажи честно: кто помог Диаволу сбежать? Сам понимаешь, от Господа нашего ничего не скроется, ему же все ведомо. И что делать тогда с тобой? Зачисление в падшие ангелы – это как волчий билет, милый. Ведь сразу на скамью Страшного Суда автоматом попадешь. Он крылом крестится, мычит в стиле «упал-очнулся, Диавола нет». И действительно, как тот мог сбежать? Там же сама субстанция на пороге!
Иоанн прикусил губу. За полчаса пребывания в чертогах Иисуса он едва не поседел от той новости, что каменной глыбой обрушилась на его хрупкие плечи. Подумать только, и все это, как по заказу, – перед прямой линией Господней по ТВ! Надо не допустить утечки информации на Землю, иначе грешники такие вопросы зададут... И главное, почему пропал именно Диавол, а не Антихрист или Зверь? Им-то, наверное, организовать побег проще, а результат все равно один. И КАКОЙ результат... Иоанн закрыл лицо руками.