– В Сидоне нет подлинных изделий, – фыркнула она.

– Конечно же, они подлинные, дорогая. Ковер это и есть ковер.

– Плетеный.

– Ладно, – вздохнул он, – плетеный.

– А это не одно и то же, – продолжала Лиз. – Магазины Сидоны набиты барахлом для туристов, и ковры там акриловые, а не шерстяные. Я хочу настоящий плетеный ковер, а они продают их только в резервации. А может быть, в фактории найдется старый «сэндпейнтинг» из тех, которые начиная с двадцатых годов плетет Хостин Клах. И я хочу его.

– Хорошо, Лиз. – Бэйкер вообще не мог понять, зачем им еще один плетеный ковер работы навахо У них и так уже было две дюжины. Лиз разложила их по всему дому. И еще несколько штук спрятала в шкафах.

Дальше они ехали в молчании. Дорогу впереди покрывала мерцающая горячая дымка, из-за которой казалось, что машина вот-вот нырнет в серебряное озеро. А еще на дороге и вдоль нее появлялись миражи, изображавшие здания или людей, но они неизменно исчезали, стоило подъехать поближе.

Дэн Бэйкер снова вздохнул.

– Наверно, мы все-таки проскочили мимо.

– Давай проедем еще несколько миль, – предложила она.

– Сколько конкретно?

– Не знаю Еще несколько.

– Сколько, Лиз? Давай решим, насколько далеко мы зайдем в поисках этой штуки.

– Еще десять минут, – предложила она.

– Ладно, – согласился Дэн, – десять минут.

Он взглянул на указатель топлива, и в это мгновение Лиз резким движением закрыла рот рукой и воскликнула:

– Дэн!

Бэйкер вновь уставился на дорогу. Как раз вовремя, чтобы увидеть промелькнувшую фигуру – человек в коричневому обочины – и услышать громкий удар с той же стороны.

– О боже! – воскликнула она. – Мы сшибли его!

– Что?

– Мы сшибли этого парня.

– Ничего подобного. Мы наскочили на выбоину.

В зеркале заднего вида Бэйкер видел, что человек все так же стоит на обочине. Но автомобиль двигался дальше, и фигура в коричневом быстро тонула в облаке пыли.