–Квартира Левинзона.

–Профессор, это вы?

«Квинт», – Мойше невольно вздрогнул.

–Да, Квинт?

–Вы сейчас свободны? Надо поговорить.

Сердце гулко ударилось о рёбра.

–Уже поздно...

–Это очень важно, профессор!

Мойше растеряно потёр лоб.

–Хорошо, Квинт, я приеду. Где ты?

–Мы в подъезде вашего дома, звоним с мобильника.

–Ты не один? – слабо спросил Мойше.

–Только я и Валерия, профессор. Пожалуйста, откройте дверь.

Послышался длинный гудок. Несколько секунд Мойше недоверчиво смотрел на телефон.

Внезапно в дверь постучали – сильно, напористо. Так стучат энергичные молодые люди или преторианцы. Вздрогнув, Мойше поправил очки и подошёл к двери.

–Кто там? – спросил он нерешительно.

–Это мы, профессор!

Нервно перебрав пальцами, Мойше накинул цепочку и повернул ключ в замке. Сквозь приоткрытую дверь сразу потянуло запахом дорогих сигарет.

–Да мы это, профессор, мы, – нетерпеливо произнёс юноша, стоявший на лестничной клетке. Мойше снял цепочку и отошёл к кровати.

–Добро пожаловать, – сказал он растеряно.

Пропустив вперёд сестру, Квинт Гораций Веррес вошёл в комнату и сразу закрыл дверь. Он был совсем молод, но уже походил на своего знаменитого отца. Квадратный подбородок, широкие плечи, высокий аристократический лоб, светлые волосы и белая кожа сразу выдавали чистокровное происхождение юноши. Только яркие голубые глаза, полные энергии, отличали сына от отца, получившего прозвище «рыбы» не только за хладнокровность.

В отличие от Квинта, его старшая сестра Валерия красотой не отличалась. Слишком полная и крупная, с угольно-чёрными волосами, она сильно поранилась в детстве, с тех пор левая сторона её лица была неподвижной. Из-за этого, а также из-за острого ума и склонности к политике, Валерия оставалась незамужней в тридцать лет.