Больше того, она не разрешила мне пока включить в число подопытных собственную дочь. Но не может же Альта стариться на глазах у нестареющих родителей, знающих, что они могут отвести от нее это проклятие природы! Я чувствовал, что во мне просыпается раздражение. Услышав легкий шум моторов, поспешил навстречу профессору - наконец-то хоть одна неизвестность закончится. - Давно вас не видел. Выглядите неплохо!-приветствовал он меня. Я молча вопросительно смотрел на него. Он отвел взгляд и сказал: - К сожалению, это очень серьезно. У нее начиналась ангина. Чтобы прекратить болезнь, я омыл миндалины. Боюсь, что это послужило толчком... Он говорил слишком медленно, с резиновыми паузами. Я резко спросил. - Толчком к чему? Он съежился, голова ушла в плечи. - Видите ли, когда вы выводили линии связи наружу, к прибору "С", то вызывали мутацию ткани...-Он шумно прочистил горло.- Поймите меня правильно. Я не ставлю это в прямую зависимость. Больше всех виноват я: предварительно не посоветовался с вами. Ведь не было бы толчка, примени я не радиактивный раствор... Он был невыносимо медлителен. Догадка созрела. Очевидно, мои губы шевелились в лад мыслям, и профессору ничего иного не оставалось, как подтвердить: - Да, перерождение... Никогда не видел такого бурного... Теперь я все понял. - И переродились именно те участки ткани, где мы вызвали мутацию? - Началось с них. - Захватывает весь организм? Он в ответ наклонил I олову, так и не сумев взять часть моей вины не себя, и от этого ноша показалась ему еще тяжелея. Я почувствовал благодарность к нему. Мы вошли в дом. Теперь я понимал, почему Альта смотрела на меня с упреком. Ведь я мнил себя победителем природы. Кретин, не сумевший предвидеть даже первые последствия опыта! Экспериментировал несколько лет на морских свинках, на обезьянах - и решил, что все сделано. Единственное оправдание в том, что опасность нависла и надо мной. Но я же выбирал ее добровольно, был готов к ней, а Майя верила мне почти как богу...