— На печке, само собой.
— А дрова откуда?
— Достал, — одутловатая от природы, да к тому же еще и вечно опухшая физиономия Пашки хитро скривилась.
— Где? А ну-ка докладывай толком! Может, ты на эти дрова секретные документы сменял.
— Дело нехитрое. — Пашка стрельнул по сторонам узкими глазами и откашлялся в кулак. — У вас на следующий квартал запланирована установка трех идолов. Радегаста, Нияна и Чапая. Ну, думаю, на кой нам хрен три еще, когда и тех, которые имеются, сосчитать невозможно. Вот я с богорезами и договорился. Они мне две сажени чурок отвалили, а я им акт приемки наперед подписал. Еще и штоф на прощание налили. И нам хорошо, и им без хлопот. Так что до тепла нам дров должно хватить.
— Богорезы известные святотатцы. А ты куда лезешь? Вдруг узнает кто?
— Ну, началось, — Пашка ненатурально изобразил обиду. — Другие из этих идолов избы себе выстроили, а тебе трех штук на дрова жалко.
— Мне тебя жалко! Ведь скоро вчистую проворуешься. Куда дары девались, которые Святовиду предназначены?
— Ты что, начальник! — глаза Пашки округлились. — Я здесь причем? Ты его, болвана восьмиглазого, спроси, как он ими распоряжается. Может, сам жрет, может, с кодлой своей делится. Я за него не ответчик.
— Дать бы тебе хорошенько, — с чувством сказал Пряжкин. — Да руки марать не хочется. Сам допрыгаешься.
— Это еще посмотрим, кто из нас первым допрыгается, — обиделся Пашка. — Тебя, между прочим, в министерство бдительности вызывают. Велели спешно явиться. Опять, наверное, кого-то из соратников облаял.
Из соображений секретности весь руководящий состав министерства бдительности состоял из членов одной семьи. Заместителем министра была его теща, начальниками основных отделов — жена, дочка и племянник. Каждый, вновь поступающий на службу сотрудник, должен был так или иначе породниться с министром. Одного особо ценного агента ему даже пришлось усыновить.
Учреждения этого Пряжкин особо не опасался (как-никак он был единственным человеком в державе, знавшим в теории, а главное, на практике, как запускаются и наводятся на цель стратегические ракеты), но ухо привык держать востро.