— Попов, — буркнул губастый балбес, похожий чем-то на молодого, еще не заматеревшего лешего. Скорее всего, он не был родственником белобрысой малышки. Каждый второй в государстве был или Поповым, или Козловым.

— Знаешь ли ты, Попов, кто сейчас правит наших государством?

— Сила Гораздович Попов, мой папа, — сиплым голосом ответил увалень.

— Про то, что он твой папа, говорить не обязательно, — осадил его Пряжкин. — Каково полное наименование его должности?

— …Великий Князь… Верховный Волхв… — Попов-младший задумался, наморщив лоб.

— Дальше?

— …Верховный Волхв… Генсек… Президент… Глава кабинета министров…

— И?

— …И …и Государь…

— Чего Государь? Тайги? Тундры?

— Государь Всея Роси! — обрадовался парень, в глазах которого явственно угадывалась тоска по мамкиным пирогам, санкам и снежным крепостям.

— Всея Роси и всех провинций, — закончил за него Пряжкин. — Слабо. Теперь назови эти провинции и укажи, примерно, где они находятся.

— На север отсюда, там, где Ледяное Море, находится провинция Ливония… На Юге, там, где болота, провинция Туркестан.

— Верно. А на западе?

— А на западе, там, где заходит солнце, провинция Белая и провинция Крайняя.

— Какую еще провинцию ты не назвал?

— Вроде бы Нагорную. Но, кроме волков, там никто не живет. — Попов-младший соображал хоть и медленно, но довольно здраво. На своего батюшку он был похож не больше, чем мул на жеребца, и потому о тайне его происхождения давно судачили в государстве.

— О народах, населяющих провинции, мы поговорим в следующий раз. Достаточно. — Пряжкин прошелся от окна к двери и обратно. — Вижу, что вы в основном усвоили предыдущий материал. А теперь внимательно выслушайте меня. То, что необходимо знать наизусть, я продиктую.

Пряжкин придал лицу подобающее случаю выражение и стал подробно объяснять школьникам, что такое рубежи государства, почему они называются священными и незыблемыми, почему рубеж нельзя пересекать, а тем более допускать его нарушение, почему оленя, идущего к нам с той стороны, нужно беспрепятственно пропускать, а идущего от нас — поворачивать или, в крайнем случае, забивать на месте.