— Да я про тебя ничего и не говорила, — Велена улыбнулась немного грустно, — Я имела ввиду, что все остальное не сможет поломать тебе жизнь, если ты сам не позволишь. Я знаю, что у тебя чистая душа, Иван. Ты оттого и мучаешься так, что не предашь даже те клятвы, которые тебя вынудят сказать.

— Ну, на что тебе это, Велена? — устало спросил царевич, — Зачем тебе за меня замуж? Мы же совершенно чужие друг другу существа! Ты говоришь — судьба! Но ведь твоя судьба — кикиморой родиться! Тебе же должно нравиться жить на болоте со своими родичами, это твой родной дом. Любому живому созданию нравится жить в его родной стихии. Если привести волка из леса во дворец, ему будет плохо и одиноко, он захочет вернуться обратно, в свой родной лес, к своим!

— Мне некуда возвращаться, царевич. Меня нигде никто не ждет.

— Но ведь я тоже не хочу на тебе жениться. Как ты здесь станешь счастливее? Ну ладно, хочешь жить во дворце — живи. Живи как моя сестра. Я буду заботиться о тебе и оберегать, клянусь. Я не буду испытывать к тебе ненависти и неприязни, если ты будешь мне сестрой. Согласись, пока не поздно, иначе тебе придется отправиться обратно на свое болото.

— Спасибо, но меня это не устраивает. Благотворительность, а тем более жалость мне не нужны.

— Да пойми ты! Я не считаю тебя уродиной. Может быть, ты даже красавица среди своего болотного народа. Глаза у тебя красивые, даже для меня… Но я человек, я другого роду-племени, я хочу быть с человеком, я хочу любить человека!

— Дело только в этом? Ты уверен? — спросила она скептическим тоном, — А если бы я была красивой? По человеческим меркам?

— Ну да, хорошо! Для меня много значит внешность! — честно признался царевич, — Да, значит! И все разговоры про прекрасную душу, когда я смотрю на тебя, теряют смысл. Ты слишком… слишком другая. Разве это так плохо — хотеть, чтобы рядом с тобой был кто-то красивый? Кто тебе нравится, кем ты хочешь ежедневно любоваться…