Кетван озабоченно сравнил оригинал с портретом и покачал головой.

– А ведь говорил я ему, что не похож. Что же теперь делать? Проткнуть его мечом, или заставить перерисовывать?

– У меня гномского эля больше нет! – решительно заявил хозяин таверны. – Мне его вздохновения без надобности!

– Да, вообще, этот портрет не нужен! – решительно заявил я.

– Да какой же клюб без портрета? – удивленно поднял брови Кетван. – Ты же сам говорил, что в клюбе вешается портрет основателя!

– Это когда я такое говорил? – изумился я.

– А в аккурат после того, как мы последнюю бочку эля тут выпили и собирались идти с соседнюю таверну, – напомнил мне Кетван.

– Что-то такое было, – попытался вспомнить Валерка. – Точно сказать не могу, но что-то ты такое говорил.

– А я не помню, – отмахнулся Онтеро в ответ на мой вопросительный взгляд.

– Понятно, – вздохнул я. – Так вот, благородный Кетван. Клуб…. Не клюб, а клуб. Может обходится и\ без портрета основателя. Особенно, без такого вот портрета! Главное не портрет, а дух клуба! Ведь клуб, это в сущности тот же орден, только не официальный. Да и какой же я основатель, скажи на милость? Кто тут проводил соответствующие изменения и принимал решения?

– Ну, я, – вынужден был признаться Кетван.

– Вот, значит, ты и есть основатель, – подвел итог я.

– Но ты же, указал нам путь! – запротестовал Кетван. – Сейчас половина нашего ордена отправилась в поход, дабы стать достойными членами этого клю…, клуба.

– Вы сами избрали этот путь, – высокопарно изрек я. – А я только подтвердил, что этот путь правилен.

– Это надо отметить! – решительно произнес Кетван, обрадовано потирая руки. – Но разреши все-таки оставить тебя среди основателей. Это очень важно. На молодых кавалеров произвело большое впечатление, когда ты одним ударом перерубил вон ту балку. Теперь каждый так и норовит проделать тоже. …Да не дергайся ты, Пуркен. Я специально распорядился, чтобы ее на этот раз сделали из железного дерева. Пусть рубят себе на здоровье. Ведь клинки править потом будут не за твой же счет.