– Там, за воротами, люди. Они требуют впустить их.

– Ну и что? – осведомился Фориэль. – Если бы там был отряд орков, или непорочная дева на белом единороге, то еще можно было бы меня потревожить.

– А что делать? – преданно уставился слуга на Фориэля.

– Гнать! – распорядился Фориэль. – Гнать в шею!

– Не могем! Они благородные. Как бы они нас не погнали!

– Это что еще за безобразие! – возмутился Фориэль. – Я буду жаловаться королю! Я это так не оставлю! Боюсь, что одним посланием протеста они не отделаются!

– Ух, ты! – восторженно выдохнул Валерка. – И здесь есть ноты протеста!

– Не нота, а послание, – педантично поправил его Сема. – Разница, хоть и незначительная, но есть.

Тем временем, Фориэль, пылая праведным гневом, направился к двери. Мы, маленькой толпой, двинулись за ним. Уж очень нам интересно было, кто это так необдуманно ломится к посланнику Светлого леса? Да и помощь, при случае, Фориэлю оказать, тоже нелишним будет.

Перед воротами, я, с немалым удивлением, увидел Кетвана со товарищи. "Со товарищи" представляли собой группу из пяти человек. Они-то что тут делают? Лица парней были очень решительны, и отступать они были не намеренны.

– Что здесь происходит?! – Фориэль, положив руку на эфес своего меча, сердито рассматривал визитеров. – Благородный Кетван, может быть, ты мне объяснишь свои действия?

– Я хотел увидеться с тобой, благородный Влад! – сердито отозвался Кетван.

– Что-то случилось? – спросил я, выдвигаясь на передний план.

Надо сказать, что несмотря ни на что, я все же чувствовал ответственность за этот смешной орден. И мне не хотелось бы, чтобы с ним произошло что-то плохое.

– Случилось! – воскликнул кавалер. – Ты отправляешься на очередной подвиг, а нас с собой не берешь! Это как называется?

– Стоп! – скомандовал я. – Этот подвиг из разряда "наградить посмертно". Вы это понимаете?