Вот таким вот отрядом, мы и двинулись в путь. Катрина уютно устроилась передо мной на седле. Посадить ее на Леблона я не рискнул.

Этот мерин, которого мы использовали в качестве тягловой скотины, отличался извращенным вкусом, а так же, изумительной ловкостью и настойчивостью в удовлетворении оного. Ну, остальные кони, как кони. Насыпал им овса – поедят и спасибо скажут. Сенцом, там, или охапкой свежей травы, тоже брезговать не будут. Но эта морда, которая Леблон! О! Этот овсом и травой с сеном, не ограничится. Ему подавай что-то экзотическое. Плащ, или шляпу. Впрочем, платье, коль дотянется, тоже схрупает, за милую душу! Что ткань, что кожа – ему были без разницы. Без разницы, по скорости поедания. Причем действовал этот подлец, весьма ловко. Когда пострадавшая сторона обнаруживала, что она пострадала, было, обычно, уже поздно. Жертва вкусов Леблона уже, как правило, была на половину в его желудке. Выдрать, хотя бы то, что осталось, из его пасти было делом не реальным, по определению. Нет, конечно, исключения бывали. Но они только подтверждали правило!

Я, на всякий случай, погрозил кулаком Леблону, когда он с интересом посмотрел в нашу сторону. Не чего тут! Наряд Катрины и так уже пострадал. Не хватало еще, чтобы это чудовище что-нибудь из него схарчило. Этак он ее голой может оставить. Надо будет в ближайшей торговой точке купить Кате (именно так, я мысленно ее называл) что-то из одежды. То, что она сама себе выберет. В средствах, пока, мы ограничены не были.

Солнце клонилось к закату. Перед нами был широкий тракт. Еще парочка часов, и мы достигнем постоялого двора гленда Аронуса.