Впереди показались огни селения.

- Как говорится, приехали, - доложил Рад. - Это Андерслёв.

Рад затормозил, показал на низкое желтое кирпичное здание:

- Полицейский участок. Сейчас-то, конечно, заперто.

- Гостиница за углом. Но ресторан в это время уже не работает. Хочешь, заедем ко мне, есть пиво, бутерброды.

Мартин Бек не хотел есть. Путешествие на самолете отбило у него всякий аппетит.

* * *

Мартин Бек открыл глаза, и сна как не бывало. Несмотря на спартанскую обстановку, номер был уютный. Две кровати, окно на север. Кровати стояли параллельно, в метре друг от друга; на одной лежал его чемодан, на другой он сам, на полу - книга, в которой он прочел полстраницы и текст к двум иллюстрациям, прежде чем заснул. Роскошное издание из серии "Знаменитые лайнеры прошлого": Французский четырехвинтовой турбоэлектроход "Нормандия".

Он поглядел на часы. Половина восьмого. С улицы доносились разные звуки - гул моторов, голоса.

Мартин Бек встал, подошел к окну, выглянул наружу. Погода была хорошая, солнце озаряло газон в садике.

Он живо привел себя в порядок, оделся и вышел на мощенную булыжником площадь. Минул винную лавку - она еще была закрыта, обогнул два угла и очутился перед зданием полицейского участка. Видно, добровольная пожарная дружина размещалась по соседству, потому что у входа в участок стояла красная машина с лестницей. Мартину Беку пришлось пробираться прямо под перекладинами. Парень в замасленном комбинезоне ковырялся в машине.

Дверь участка была заперта; на стекле - прикрепленный липкой лентой кусок картона и написанное шариковой ручкой объявление:

"Часы работы:

08:30 - 12:00

и 13:00 - 14:30.

По четвергам, кроме того, 18:00 - 19:00.

Суббота выходной".

О воскресенье ничего не сказано. Очевидно, в воскресенье ничего преступного не происходит. Может, на этот счет особый приказ действует!