Правая рука не слушалась, я её отлежал. А значит, уснув, я повалился на правый бок, и следовательно спал на холодной земле, что могло быть чревато пусть и не воспалением лёгких, но, как минимум, нешуточной простудой. Я стал растирать руку, чтобы к ней прилила кровь. Тысячи маленьких иголочек впились в неё одновременно, вызвав мощную боль, кричащую о том, что кровь возвращается. Через минуту я уже, хоть и с напряжением, смог пошевелить пальцами.

Шумел ветер. На открытом пространстве луга он носился не встречая преград, поэтому порой его порывы достигали шквальной скорости, усиливая и без того нешуточный озноб. Я поплотнее закутался в куртку. Но сам шум был приятен, после долгих часов абсолютной тишины, он казался прекрасной мелодией. Дорога была слева, метрах в сорока.

— Вовремя остановился — подумал я, возвращаясь к ней — Мог бы и потерять.

Если бы не жажда и усталость, я бы возможно даже совершил небольшую пробежку, чтобы согреться, но сил совсем не осталось. И нужно было не забывать о проблемах с водой. Здесь она попросту отсутствовала.

— Здесь? — в мозгу мелькнула странная мысль — Где здесь? Я в нескольких километрах от города, заблудился, у меня небольшие проблемы, которые вот-вот разрешатся. Пройду пару часов, и наткнусь на какую-нибудь деревеньку. Попрошу напиться, спрошу, где нахожусь, в какой стороне город и всё. И к вечеру буду дома.

Мне вспомнился сон. Жуткий и непонятный. Хотя, всё легко объяснимо. Меня мучает жажда, я замёрз, неудивительно, что приснился такой кошмар. Как было бы хорошо и в самом деле, наяву, найти озеро.

Я вышел на дорогу, по пути срывая траву и разжевывая её.

— Вот и попил. Травяной сок — я усмехнулся — Теперь и в литровой упаковке.

Дорога всё так же вела строго прямо, ни на сантиметр не отклоняясь. Только прямо. Я побрёл по ней, смотря под ноги, решив найти маленький камешек, и положить его в карман. Один камешек в кармане — одни сутки здесь.